Доктор Живаго / Пастернак Б.Л.

     Любовь Юрия Андреевича и Ларисы Федоровны – свет миру, который дает нам, читателям, веру и желание жить.

Любовь Юрия Андреевича и Ларисы Федоровны – свет миру, который дает нам, читателям, веру и желание жить.

Лара. Какой она была? Красивой, женственной. Она говорила: «Лары и в заводе нет и никаких ее решений.», «Если бы Стрельников стал снова Пашенькой Антиповым. Если бы он перестал безумствовать и бунтовать.», «Начинайте, Симочка. Я слушаю.», «Что вы делаете? Вы с ума сошли.» Что бы она ни говорила, читать и слушать ее – счастье. Речь такая мягкая, чистая, музыкальная, волшебная.
Девочка Лариса Гишар. Гимназистка Лара. Лариса шалая, в горячечном бреду, стреляла в человека. Лариса Федоровна Антипова. Юрочкина Ларуша. Раиса Комарова. Лара.
— «Какая страшная вещь жизнь, не правда ли?»
— «Какая радость тебя слушать»
Лариса Федоровна и Юрий Андреевич вместе, вдвоем, и вместе с нами, читателями, уже почти 70 лет. Они приносят нам надежду на жизнь вечную в океане любви.
Сколько лиц кругом, живущих с нами, сейчас и тех, кого можно видеть в кинофильмах, на фотографиях! Тысячи лиц. Больше, чем другие, ближе всего к Ларисе Федоровне облик и сущность Анны Герман. Может быть, это было неэтично, помещать фотографию Анны Герман в один ряд с художественными «портретами» маленькой Тани – картина К. Лемоха «Варька», с «Гимназисткой» К. Лемоха. Но фотография Анны Герман постановочная, не личная, поэтому, я считаю, что это было допустимо.
А вот фотография 1945 года, сделанная при освобождении Праги. Эта фотография тоже не совсем личная. Она уже вошла в летопись Великой Отечественной войны, и ее можно было взять для воплощения образа Тани.
Я просматривала фотографии и рисунки, сделанные на фронте, такие, как в музее Г.К.Жукова г. Жукова и поражалась, все без исключения лица просветленные, не по-земному освященные.
Но фотографию Анны Герман и картину «Варька» я поместила в 3-ю часть отрывков из романа «Доктор Живаго», посвященную Жизни. Когда я озвучивала 2-ю часть, посвященную Ларе, она мне виделась оливковой веткой с оливками, картина А. Иванова «Ветка». Эта картина связывается с памятью о ветхозаветной жизни и о потопе, о том, как голубь принес лист оливы человеку, означающий надежду. Ветка на картине А. Иванова — это ветка дерева, растущего над обрывом на Елеонской горе при жизни Иисуса Христа и Марии Магдалины. Б.Л. Пастернак открывает нам непрерывность и бесконечность жизни духа от Адама и Евы.
И Лариса Федоровна и Юрий Андреевич очень искренние люди. Они говорят, что думают, не выгадывают в чувствах, не выкраивают. Их несет течением и они не противятся своему предназначению. Они оба покорны судьбе. Их души свободны и беспорочны. Похоже, вместе они совершенны.
«Пространство все насквозь живое», а Лара – «слух и слово, дарованные безгласным началам существования». Когда в начале весны в тишину заснеженного леса приходят посвистывание и щебет птиц, а потом разносятся голоса людей, то лес оживает. Так же как человеческая мысль, язык, голос дают пространству высший смысл существования, так сама Лара и ее любовь животворят.
Так было в 70-80-х годах ХХ века, в моем детстве: не было преград, чтобы отдаться радости жизни, — играешь со сверстниками целый день на улице, — счастью, крикам, слезам, спорам отдаешься целиком, не утаиваешь ничего в душе, обидам в детском сердце нет места – они все выходят в задоре в общую кучу чувств, наружу. Так было в моем детстве. Пространство в вечернем городе моего детства было все живое, было столько звуков и запахов! Куда это все ушло? Для того чтобы записать, озвучить пространство «детскими голосами», я ходила по соседнему большому поселку долго. Наконец, что-то записала. Гуляли со своими детьми молодые родители, их голоса и записала, то есть один детский голос и два взрослых. Что получилось? Есть в этой записи к эпиграфу 2-й части отрывков из «Доктора Живаго», о Ларе, в этих голосах, что-то неестественное, натянутое. Потому что взрослые, хоть и молодые, играли между собой и со своим ребенком. А что еще я слышала? Был вечер. Слышны были звуки стройки спорткомплекса. Слышны были голоса играющих в футбол. Даже когда они искренне ругались, я была рада. Такие все звуки сейчас натянутые, наигранные.
И сто лет назад, и сейчас в обществе множество таких людей как Комаровский, он частично присутствует в каждом человеке. Виктор Ипполитович мог разрешить любую бытовую задачу. Он, конечно, считал, что он помогал Андрею Живаго, мадам Гишар, Ларе. Может быть, он даже был расстроен их неблагодарностью. В чем загадка Комаровских?
Душа Комаровского ущербна, у него не было сочувствия, жалости к другим людям. Его вело по адвокатской дороге желание заработать. Он руководствовался близко лежащими корыстными интересами. Запутавшегося в делах Андрея Живаго, он оплел и закружил и этим подтолкнул его к самоубийству. Беда в том, что таким как Комаровский, невдомек, что они пережимают и задушивают, вцепившись мертвой хваткой.
Лара была угнетена тем, что стала его заложницей. Она понимала, что ему следовало бояться огласки, а не ей. Но она была на это неспособна – это было бы мерзко. «И над сильным властвует подлый и слабый,» — думала Лара.
Чем питаются Комаровские? «Кровью» жертв, тех, кто честнее их, искреннее, благороднее. Без их духовной силы Комары жить не могут. Они разносят «заразу», своих микробов, от которых смех девочки-гимназистки становится «серебристым», ведьминским и скромная девочка в один миг перевоплощается.
Комаровский подлый и слабый. Ему необходима власть для того, чтобы выглядеть сильным. Ему необходимо иметь психологическую жертву для самоутверждения. Поэтому ему надо было держать себя важно, говорить убедительно. Как по-другому вести себя, чтобы навязать свою волю другому человеку? Душа, которая любит, надеется, верит людям, слову, у него была изъязвлена самолюбием.
Лара не собиралась мстить Комаровскому. В хаотичном вихре мыслей, в нездоровье, она решила просить у него денег и стрелять в случае отказа. По сути, она протестовала против его власти, против своего духовного порабощения. Но есть такой закон – возьмешь в руки оружие с любой целью, кроме защиты, и перешагнешь за черту. Там, за этой чертой все по-другому. Там так все страшно и напряженно, как это описывает Б.Л. Пастернак в сценах на заиндевелых московских улицах и на елке у Свентицких. А потом будет нервная горячка, как была у Лары.
Вот таким был итог от взаимопроникновения духовных миров Лары и Комаровского. Хорошо еще, что таким, а не как у Андрея Живаго.
Тем же путем протеста, что 18-летняя Лара, пошел Павел Антипов и пришел в революцию.
Мама Лары была обрусевшая француженка, а папа – бельгиец. Правдоподобно ли, чтобы инженер-бельгиец взял себе имя Федор? Скорее всего, Б.Л. Пастернак дал Ларе такое отчество «Федоровна», чтобы подчеркнуть ее царскую величественность. У всех русских цариц, иностранок по происхождению, было отчество Федоровна. Лариса Федоровна — царица. Да, она по-царски красива. Юрий Андреевич застает ее «в разгаре домашних хлопот» и восторгается ею: «В этом прозаическом и будничном виде, растрепанная, с засученными рукавами и подоткнутым подолом, она почти пугала своей царственной, дух захватывающей притягательностью…» Но дело не только в этом, а в том, что она царица по высоте и красоте духа. Даже Юрию Андреевичу следовало «подниматься» к Ларе и заходить к ней не с «черного хода», а по «парадной лестнице, где «сверху все видно». Это потому, что жизнь без любви гибнет, а Лара и есть любовь.
Юрий Андреевич и Лара как единое целое, и думают и говорят одинаково. Они были созданы друг для друга. Почему же они оказались вместе не в 14-м году, не летом 17-го, а только тогда, когда весь мир вокруг них перевернулся, в самое жестокое и разрушительное время? Наверное, Жизнь так отвечает на всякие невзгоды. «Жизнь непрерывно себя обновляющее, вечно себя перерабатывающее начало, она сама вечно себя переделывает и претворяет…» Деревья вырастают на камнях и вешняя вода всегда находит выход – Жизнь всегда одерживает победу над разрушающими силами.
Как яростно, отчаянно, незапуганный, выросший в любви ребенок, борется за правду! Изо всей силы! С криком и слезами. Его правда может быть ложной. Но не в этом дело, а в том, что он не сдается. Мне раньше, когда я впервые читала роман «Доктор Живаго», хотелось, чтобы Юрий Андреевич так боролся. Почему он смирился с тем, что им надо расстаться? А как он мог бороться за Лару тогда, в 21-м году? Он говорил: «никогда в жизни никого не неволил…» Лариса Федоровна выбрала то, что выбрала, — интересы и жизнь своего ребенка. Разве мог запретить ей это Юрий Андреевич? Наоборот, он жертвовал и собой, и Ларой, и их чувствами, их жизнями и советовал Ларе спасать жизнь своей дочери.
Так поступил Христос. Пожертвовал собою.
У людей, даже в тот момент, за неделю до Голгофы, все еще был выбор пути. 37 гл.23 Евангелие от Матфея «Иерусалим, Иерусалим…» « сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» Гл.19 Евангелие от Луки 41 «И когда приблизился к городу, то, смотря на него, заплакал о нем» 42 « И сказал: О, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему»
Книга «Доктор Живаго» современное продолжение Библии.
Самые первые заповеди, которые дал нам Иисус Христос, — о любви. Любовь согревает мир, она – энергия мира, его источник. Пока Иисус Христос ходил по Земле, он источал любовь, дарил ее людям и этой энергией любви лечил больных. Туда, где заканчивается любовь, приходят ее заместители – формальные обряды. Фарисеи, законники, соблюдая формальности, не давали людям силу духа и жизни, а отнимали ее. Мир оскудевал. Затем, по законам материального, земного, должна была произойти катастрофа – не было любви взаимной, к Богу, к Иисусу Христу и друг к другу, — закончились силы даже у Него, жизнь оставалась только в Нем самом :
« Ночная даль теперь казалась краем
Уничтоженья и небытия.
Простор вселенной был необитаем,
И только сад был местом для житья».
От жестокосердия был страх и упадок сил даже у Его апостолов: « Встав от молитвы, Он пришел к ученикам, и нашел их спящими от печали.» 45 гл.22 Евангелие от Луки. Он трижды просил их бодрствовать с Ним, но они не могли.
Павел Стрельников, его отец, Антипов, Тиверзин, Костоед, Ливерий, Погоревших – все они, потерявшие любовь люди. Революция победила, но духовный мир оскудел. Все они, эти революционеры – носители формализма, идеологии, не имеющей любви. По законам материального, земного, они начали приносить бесконечные жертвы.
Любовь Юрия Андреевича и Ларисы Федоровны – свет миру, который дает нам, читателям, веру и желание жить.

Похожие статьи:

Запись опубликована в рубрике Обзоры - Аннотации. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий